Фашистский террор
Фашистский террор, вероятно, не достиг бы столь широкого размаха, если бы не скрытая поддержка коекого из власть имущих. Среди лиц, арестованных после убийства Иоланды Гонсалес, оказался сотрудник испанской разведки. Было установлено, что террористы использовали пистолеты, находящиеся на вооружении испанской армии. Не меньше сюрпризов преподнесло расследование дела об убийстве в районе центрального парка Ретиро юноши, оказавшего сопротивление бандитам. Выяснилось, что большинство преступников — сынки высших военных чинов, а их предводитель Фернандо Пита — племянник бывшего министра военноморского флота адмирала Пита да Вейга.О том, как глубоко укоренилась в фашистских кругах ненависть к людям иных убеждений, говорит та атмосфеpa, в которой проходил судебный процесс по делу группы убийц, расправившихся в 1977 году с пятью служащими адвокатской конторы Рабочих комиссий, которая размещалась па улице Аточа в Мадриде. Единомышленники убийц явились в зал суда, демонстративно напялив синие рубашки — символ верности франкизму. Они без конца прерывали свидетелей, несколько раз принимались горланить свой гимн «Лицом к солнцу». По ночам франкисты малевали свастику на домах тех, кто требовал наказать преступников.
Суд — в които веки! — вынес убийцам справедливый приговор. Два непосредственных участника преступления и их главный сообщник были приговорены к 30 годам тюремного заключения. Однако, как отметил, комментируя ход процесса, один из видных испанских юристов, «по всему видно, что трагедия Аточи может повториться а Испании и завтра».
— После сорока лет террора, возведенного франкистами в ранг государственной политики, Испания все еще не избавилась от этого зла, способного при определенных обстоятельствах вновь столкнуть ее в пучину национального бедствия,— сказал мне при встрече мой друг Хуан Лопес.— Поэтому борьба с терроризмом — это в немалой степени и борьба за демократическое будущее испанского народа.
Хуан показал мне газетную заметку, где говорилось, что в составленный фашистами список «приговоренных к смерти» попал даже президент национального информационного агентства ЭФЕ, председатель Национальной федерации ассоциаций печати Испании Луис Мария Ансон. Будучи давно знаком с этим человеком, я попросил его прокомментировать сообщение газет.
— Да, это правда,— ответил Ансон.— Меня хотели убить. К счастью, план покушения провалился, а его организаторы были разоблачены и нейтрализованы. Но факт остается фактом: проблема политического терроризма в Испании приобрела поистине тревожные масштабы. Она угрожает нарушить нормальное развитие процесса демократизации. Отныне от расправ террористов у нас не застрахован никто. Если раньше пуля подстерегала военных, политических и общественных деятелей, то сейчас жертвой выстрела изза угла может оказаться любой испанец. Даже если он не «делает» политику, а лишь информирует о происходящем как журналист.
Кому же помешал президент агентства ЭФЕ? Оказывается, бандитам из все того же «Батальона испанских басков». В обмен на его жизнь они потребовали освободить убийц рабочих адвокатов, а также других преступников — опятьтаки из числа местных фашистов,— которые учинили кровавую расправу над Иоландой Гонсалес. Луис Мария Ансон никогда не принадлежал к левому лагерю. Это монархист, человек умеренно правых взглядов. Но в глазах фашистских ультра он «изменник», такой же, как, скажем, глава монархического правительства Адольфо Суарес, осмелившийся взяться за демонтаж здания диктатуры.
Разумеется, испанцы протестуют против разгула политического бандитизма ультраправых. В июне 1980 года их терпение достигло предела, и тысячи жителей столицы вышли на улицы, требуя роспуска профашистских военизированных групп. Надписи на плакатах гласили: «Демократия — да, террор — нет!», «Позор убийцам!» и «Долой фашизм!». Демонстрация, организованная КПП, ИСРП и профсоюзами, завершилась массовым митингом, на котором была принята резолюция, настаивающая на принятии срочных мер по пресечению подрывной деятельности врагов демократии.
Испания и всё о ней